Зачем нужен профит?

Среди множества правил и ограничений, которые начинающие игроки создают для себя, одно из самых популярных – установление порога выигрыша, после которого надо выходить из игры. Удвоить стек, забрать два-три (у каждого своя цифра) бай-ина – и уходить. Среди своих знакомых я могу вспомнить только один случай, когда у установившего это правило было рациональное объяснение. Он садился играть с целью заработать себе на ужин и прекращал игру, как только цель была достигнута.

Мне кажется такое ограничение в высшей степени нерациональным. Если есть силы, здоровье, настроение, удовольствие, азарт, желание, время (у каждого могут быть свои причины вступить в игру), то пренебрегать хорошими условиями — странно. Оппоненты удобные и понятные, в идеале — приятные, «карта пошла» — что может быть лучше для хорошего вечера? Но «что-то» заставляет уходить из-за стола или из рума.

Удивительно, но такие решения принимают не только плохие (минусовые) игроки, которые таким образом пытаются обмануть судьбу, предприняв иррациональную попытку поправить закон схождения к среднему на длинных дистанциях. Такое решение не менее часто принимают хорошие (плюсовые) игроки. Они хотят сохранить малое, отказавшись от шанса с положительным ожиданием получить большее.

«Поведенческие экономисты» проводили эксперимент. Двум группам людей предлагалось сыграть в примитивную игру с нулевым ожиданием. «Цена вопроса» — меньше 10 долларов. Но в группе, в которой в качестве оплаты за участие в эксперименте студентам сразу давалось по несколько долларов, желающих сыграть было вдвое больше, чем в той, участникам которой вручали ту же сумму в качестве платы за предварительное решение сложных математических и логических задач.

Людям, ничем не отличавшимся от тех, кто получил свои доллары «на халяву», было некомфортно играть. Но даже когда этим испытуемым (студентам престижных вузов, чей средний интеллектуальный уровень был намного выше среднестатистического обывателя) предлагали сыграть в игру с небольшим положительным матожиданием, они все равно отказывались. Выбор, сделанный в соответствии с принципом предпочтения «синицы в руке» лишает будущей прибыли.

Эта нелогичность принимает форму так называемого ментального учета — процесса, в котором мы разделяем единую ситуацию и единый процесс на компоненты. Поступая так, мы обманываем сами себя, считая, что решения, затрагивающие каждый отдельный компонент, в данном случае – каждую отдельную сессию, влияют на ситуацию в целом. Это как сосредоточиться на маковых зернышках на бублике, или, хуже того, на дырке от бублика, забыв про сам бублик. Каждая раздача, каждая сессия – только частный случай обширной личной практики.

Можно поспорить о рациональности такого ограничения для минусовых игроков. С одной стороны, они продляют время существования своего банкоролла. С другой, они лишают себя возможности обмануть судьбу. В минувшем году на одном из первых мест в неформальном чемпионате России по инвестированию заняла цирковая обезьянка Лукерья, которая, случайно отобрав кубики, на которых были написаны названия акций «голубых фишек», собрала инвестиционный портфель. И этот портфель за год показал более высокую доходность, чем инвестиции 94% российских коллективных управляющих. Игрок, выходящий из игры после удвоения стека, никогда не повторит достижения Лукерьи.

Для плюсовых же игроков такое решение нерационально со всех точек зрения. Но человек вообще существо нерациональное, что бы ни говорили отцы-основоположники теории игр и политэкономии. Получив по прихоти судьбы приз в виде ненужной сувенирной чашки, большинство из нас не готовы расстаться с ней меньше, чем за двойную цену. Принимая то или иное решение, мы склоняемся к выбору в зависимости от формулировки вопроса, а не от ожиданий полезности или потенциальной опасности. Это не то, чтобы глупо, но не совсем правильно.

А тот единственный мой знакомый, который принимает объяснимое решение остановить игру, как только заработает себе на ужин, на самом деле, голодным не остается. Его неигровых доходов хватит, чтобы купить себе собственное недорогое уютное кафе. Его личный «тейк-профит» — просто каприз, почти английская привычка. Ему приятно поступать именно так, без объяснений и экскурсов в психологию. А свои деньги он заработал вне игры.