Маленькое правило для очень частного случая

Самые большие потери в последней на сегодняшний день игре мне принесла защита блайндов. Я защищался в, казалось бы, достаточно простой ситуации. Расположившийся передо мной оппонент был замечен в избыточной, на мой взгляд, активности в поздней позиции и обязательно вступал в игру, если до него весь тайтовый стол пасовал. Он был уличен в стилинге, сбрасываясь на мои ререйзы, и один раз был пойман на блефе. С мусором на руках на защиту блайндов я в бой не кидался… но результат все равно оказался отвратительным. Я совершил классическую ошибку, которая, впрочем, подводит меня не только в покере.

Думающий игрок похож на ученого-исследователя. Наблюдая за оппонентом, изучая статистику, игрок формирует гипотезу, получает подтверждение, вырабатывает правило. Самая трудная задача при этом – готовность проверить собственную гипотезу не на правильность, а на ошибочность.

Ошибка мышления, вызванная «эффектом подтверждения», описана почти полвека назад. В 1960 году Питер Уосон провел эксперимент, ныне объявленный классикой и известный как «задача 2-4–6».

Испытуемые должны были определить правило составления численных рядов, известное экспериментатору, но не самому испытуемому. Испытуемые предлагали три своих числа, и экспериментатор говорил, соответствуют ли данные числа правилу или нет. В самом начале эксперимента субъектам было сказано, что тройка чисел «2-4–6» соответствует разыскиваемому правилу.

Около 80% людей моментально формировали в уме принцип «числа увеличиваются каждый раз на два», предлагали для проверки своей гипотезы такие тройки, как «6-8–10», и «10–12-14», получали подтверждение, что эти числа вполне соответствуют правилу. Эти люди торжественно объявляли найденное правило экспериментатору и… оставались без «пряника» (небольшого денежного приза, который они могли получить в случае удачного для себя исхода).

Только 20% людей, сформировав первую гипотезу, предлагали не укладывающиеся в собственное правило такие ряды чисел, как «1-5–100» и т.п., которые должны были проверить их предположения «на вшивость». Получив сообщение, что и эти тройки чисел соответствуют искомому принципу, испытуемые приходили к правильному выводу, что «три числа следуют друг за другом по нарастающей».

Я такой же, как и 80% людей, формирующих жесткое правило на основе малого количества наблюдений и пару раз проверяющих свою гипотезу на «правильность». Наблюдая одну и ту же картину, пару раз проверив свои выводы успешной защитой, я решил, что передо мной «блайндовый клептоман», не обращая внимания на количество и качество его ответов на мои ререйзы.

Я вышел из игры, с которой начал рассказ, и немного понаблюдал за успешным оппонентом со стороны. Он оказался совсем не блайндовым клептоманом, а просто чуть более лузовым игроком, чем весь стол, и лучшим игроком, чем я сам. Думаю, у него не было намерения обмануть именно меня, создавая себе имидж вора, чтобы воспользоваться моей неаккуратной защитой. Я обманул себя сам, когда заметил четыре-пять совпадения подряд и вывел правило, которое оказалось только маленьким кусочком большой мозаики. Очевидно, что воровство блайндов и блеф были редко используемой малой частью весьма обширного арсенала приемов моего оппонента.

Однако люди чаще всего предпочитают искать подтверждающие, а не опровергающие свидетельства, и ваш покорный слуга — не исключение из этого правила.